ON SOME PROBLEMS OF USING INDIVIDUAL POSTULATES OF THE "ECONOMIC THEORY OF CRIMES AND PUNISHMENTS" FOR THE PURPOSES OF "OPTIMIZING THE LEVEL OF CRIME
Abstract and keywords
Abstract (English):
The problem of optimizing the level of crime is one of the urgent problems facing domestic and foreign criminology. The relevance of this problem is due to the fact that crime is a phenomenon that causes enormous damage to society, which, on the one hand, reduces the income of the population, and on the other hand, requires certain expenses for the maintenance of the law enforcement system to prevent it, which leads to an increase in the social costs of society. The purpose of the study is to determine to what extent certain postulates of the "economic theory of crimes and punishments" proposed by scientists - economists can be used in order to optimize the level of crime. The subject of research in this article are the features and patterns of criminal and law enforcement activities, the knowledge of which allows us to conclude that there are or are no problems when using certain postulates of the "economic theory of crimes and punishments" to optimize the level of crime Methodology and methods. In the course of the study, an analysis was made of the possibilities of using certain postulates of the "economic theory of crimes and punishments" in order to optimize the level of crime. The implementation of this kind of analysis involves the use of a number of research methods, which include: the method of modeling the behavior of a criminal; a method of testing models of economic postulates of the economic theory of crimes and punishments in specific situations, followed by the formulation of conclusions about the validity or inconsistency of these models, including the use of mathematical and statistical research methods. At the same time, mathematical and statistical research methods were used to determine the level of detection of crimes, as well as to analyze the dependence of the costs of law enforcement and the actual level of crime. Research results and their scientific novelty. The study found that in a number of cases the postulates of the economic theory of crimes and punishments do not adequately reflect the existing socio-legal reality. The reason for this is the presence of dubious postulates underlying this or that model of criminal and law enforcement activities. Among such dubious postulates are the following postulates: the postulate that the behavior of the criminal is rational In reality, the behavior of the criminal is not always rational; 2 the postulate that the level of crime is inversely proportional to the magnitude of the costs of law enforcement (in other words, the higher the costs of law enforcement, the lower the level of crime, in reality, in some cases this is far from an obvious fact; 3 the damage from organized crime is always lower than the damage from unorganized crime, since the level of organized crime is allegedly lower than the level of unorganized crime, which is also far from obvious. Based on the analysis of individual postulates of the economic theory of crimes and punishments, it was concluded that the use of these postulates does not always lead to optimization the level of crime, because these postulates do not always adequately reflect the legal reality.

Keywords:
crime, optimization, economic models, law enforcement, postulates, adequacy, socio-legal reality, punishment, criminology
Text

1. Введение

Одной из актуальных проблем, стоящих перед отечественной и зарубежной криминологией, является проблема оптимизации уровня преступности. Этой проблеме посвящен целый ряд научных работ как отечественных и зарубежных криминологов [1-31]

В указанных работах рассматриваются различные факторы, влияющие на уровень преступности, в том числе и экономические факторы. Необходимо отметить, что экономический подход к анализу преступлений и наказаний зародился в США в 60 годы XX века и получил в американской, а затем и в мировой экономической и юридической литературе довольно-таки широкое распространение [13-29]. В указанных источниках рассматриваются особенности экономического подхода к проблеме преступлений и наказаний. Каковы же постулаты экономической теории преступлений и наказаний?  К числу таких постулатов, которые анализируются в данной статье, можно отнести следующие постулаты. Постулат о рациональном поведении преступника. «В соответствии с данным постулатом преступник, совершая преступление ведет себя рационально, взвешивая выгоды от совершения преступления и возможные издержки, которые он может понести, если будет изобличен [13] [24] [27] Постулат о том, что «уровень преступности обратно пропорционален величине издержек на осуществление правоохранительной деятельности (иными словами чем выше расходы на осуществление правоохранительной деятельности, тем ниже уровень преступности [27] [28] -третьих, необходимо поддерживать организованную преступность, так как ущерб от организованной преступности всегда ниже, чем ущерб от неорганизованной преступности, поскольку уровень организованной преступности якобы ниже, чем уровень неорганизованной преступности» [30-31] Возникает вопрос, всегда ли использование данных постулатов может привести к «к оптимизации уровня преступности».  Решение этой задачи требует проведения специального исследования закономерностей преступной и правоохранительной деятельности с целью выявления так называемого методологического потенциала данных постулатов, то есть круга случаев,  когда использование данных методологических постулатов приведет или не приведет к «оптимизации уровня преступности», то есть к такому состоянию, когда издержки от преступной и правоохранительной деятельности, будут рассматриваться в обществе как приемлемые, не вызывающие особого социального беспокойства [13-31]

 

2. Методологические составляющие исследования

Предметом исследования в настоящей статье выступает закономерности преступной и правоохранительной деятельности, знание которых позволяет сделать вывод о возможности или невозможности оптимизации особенности и закономерности преступной и правоохранительной деятельности знание которых позволяет сделать вывод о наличии либо отсутствии проблем при использовании тех или иных постулатов «экономической теории преступлений и наказаний» для оптимизации уровня преступности. Цель исследования заключается в том, чтобы определить, насколько те или иные постулаты «экономической теории преступлений и наказаний», предлагаемые учеными – экономистами могут использоваться в целях оптимизации уровня преступности.

Для того, чтобы определить, насколько те или иные постулаты «экономической теории преступлений и наказаний», предлагаемые учеными – экономистами могут использоваться в целях оптимизации уровня преступности представляется необходимым ответить на следующие вопросы.

1 верно ли утверждение о том, что все преступники ведут себя рационально и всегда ли возможно сделать так, чтобы преступления было бы совершать невыгодно?

2 Верно ли утверждение о том, что существует в действительности обратная зависимость между издержками правоохранительной системы, направленными на предупреждение преступлений и реальным уровнем преступности [27] [28] [31] [32]

3. Верно ли утверждение о том, что «ущерб от организованной преступности всегда ниже, чем ущерб от «неорганизованной преступности»? [31] Для того, чтобы ответить на данные вопросы необходимо рассмотреть, соответствующие модели поведения преступника, в основе которых лежат данные постулаты, и при помощи казуального моделирования [33], то есть проверки данных моделей на конкретных ситуациях установить, применимы ли они во всех ситуациях, только в некоторых, или не применимы вообще. Далее будут изложены результаты проведенного автором исследования указанных постулатов путем построения конкретных моделей, проверки этих моделей на конкретных ситуациях, и формулировки выводов о состоятельности или несостоятельности данных моделей, а также использование математических и статистических методов исследования.  При этом математические и статистические методы исследования использовались для определения уровня раскрываемости преступлений, а также для анализа зависимости издержек на правоохранительную деятельность и реального уровня преступности

 

3. Результаты исследования

1. Всегда ли преступник ведет себя рационально и всегда ли возможно сделать так, чтобы преступления было бы совершать невыгодно?

Согласно постулату, заложенному еще Г.С. Беккером преступник ведет себя рационально, и его так называемая экономическая функция «полезности» определяется по формуле U (Y – p × f», [13] [34-37] При этом для того, чтобы преступление совершать было невыгодно, необходимо чтобы произведение вероятности наказания (p на тяжесть наказания f ,были больше чем доход преступника Y [13] [34-37]. В этом случае согласно концепции сторонников экономического подхода к анализу преступности преступления либо вообще не будут совершаться, либо будут совершаться крайне незначительно [13] [34-37]. Однако, по нашему мнению, данный подход страдает целым рядом существенных недостатков. Во – первых, данный подход, совершенно неприменим к террористическим преступлениям, с участием террористов смертников, к большинству насильственных преступлений, не носящих корыстного характера. В самом деле какую выгоду получает террорист смертник, взрывая себя и окружающих его людей, или расстреливая людей в различных общественных местах. Очевидно, что никакую экономическую выгоду. Во – вторых, на каком основании сторонники экономического подхода считают, что преступник прежде, чем совершить преступление, внимательно изучает уголовное законодательство соответствующей страны, также тщательно анализирует правоохранительную политику той или иной страны с целью определить вероятность наказания и его тяжесть, взвешивает все выгоды и убытки от совершенного им деяния, и лишь потом совершает данное преступление.

Как показывает анализ практики работы правоохранительных органов в ряде случаев это далеко не так. Дело все в том, что в случае совершения неосторожных преступлений, а также преступлений, не носящих экономический характер выгоду от совершения преступления, не носящего экономический характер посчитать довольно-таки сложно.  Во – вторых,  Криминологическая наука давним давно разработала учение о типах личности преступника, а также выделила основные типы личности преступника, к числу которых можно отнести следующие типы: «случайный, ситуационный, неустойчивый, злостный, особо злостный» [38] [39] [40] Очевидно, что для случайного и ситуационного типа личности преступника экономический подход к анализу их преступного поведения не подходит, ибо они совершают преступления не потому, что им это выгодно, а «под влиянием случайных факторов (для случайного типа личности преступника и ситуационного типа личности преступника (которые совершают преступление в силу неблагоприятной для его жизненной ситуации» [39] [40] Что же касается неустойчивого, злостного или особо злостного типа личности преступник, то они совершают также преступления, не потому, что им это выгодно, а в силу постепенно формирующихся у них криминальных установок личности, которые достигают наивысшей степени у особо злостного типа личности преступника [39] [40] Посему преступники совершают преступление не потому, что им это выгодно, а потому, что особенности их правосознания позволяют им совершать преступления и потому, что в их правосознании не сформированы надлежащим образом соответствующие «императивно – атрибутивные переживания, связанные с их поведением [41] На основании всего вышеизложенного можно сделать вывод о том, что модель рационального поведения личности преступника применима только для одного типа личности преступника, который прежде, чем совершить преступление, тщательно его планирует, взвешивает уголовную политику и лишь потом принимает решение о том, совершать ли данное преступление или нет.

Кроме того, в данном подходе возникает проблема так называемой оценки возможных негативных правовых последствий, которые могут возникнуть для лица вследствие привлечения его к уголовной ответственности.  При этом как отмечают современные криминологи одними из важнейших факторов, влияющих на преступность является «бедность, низкий уровень образования, отсутствие необходимых социальных лифтов» [38] При этом, если исходить из постулата, что бедный человек совершает преступление, гораздо чаще, чем богатый в силу факторов, способствующих совершению преступления. С другой стороны «богатый преступник» имеет больше средств для уклонения от наказания, в случае совершения преступления, так как он может лучше продумать свою защиту и избежать наказания. Следовательно он должен наказываться строже, чем бедный преступник. Поэтому анализ факторов, влияющих на уровень преступности, с одной стороны, бедность, низкий уровень образования отсутствие необходимых социальных лифтов» [38] а с другой стороны такие факторы, как богатство, власть, пренебрежение к закону делают очень проблематичным использование формулы Беккера для определения правильного размера наказания, и как следствие переход к ситуации «когда преступление не оплачивается» [13] [37]  Колме того проблематичность использования формулы Беккера в российских реалиях обусловлена следующими обстоятельствами.  . Так согласно статистике Генеральной прокуратуры России в г Москва за декабрь- январь 2022 г, зарегистрировано 138180 преступлений , в Краснодарском крае- 77125 , в Московской области- 74054 , в г Санкт-Петербург 62971 , тогда как наименьшее число преступлений было совершено в Ненецком автономном округе- 686. , в Чукотском автономном округе – 853 , а республике Ингушетия – 2253 [42], тогда как наименьшее число преступлений было совершено в Ненецком автономном округе- 686. , в Чукотском автономном округе – 853 , а республике Ингушетия – 2253 [42]

При этом количество нераскрытых преступлений составило в г. Москва 96286 , в Краснодарском крае 40928  в Московской области 26553 , в г. Санкт Петербурге 34802 , в Ямало- Ненецком автономном округе 227 , в Чукотском автономном округе- 208 ; в республике Ингушетия 876 преступлений. [42]

Таким образом мы можем записать данные в следующую таблицу

Таблица 1

Процент раскрываемости преступлений

Регион

Количество зарегистрированных преступлений

Количество нераскрытых преступлений

% раскрываемости преступлений определяется по формуле ((Количество зарегистрированных преступлений – Количество нераскрытых преступлений)/ Количество зарегистрированных преступлений))*100 

г Москва

138180

96286

30,31843

Краснодарский край

77125

40928

46,9329

Московская область

74054

26553

64,14373

г. Санкт-Петербург

62971

34802

44,73329

Ямало ненецкий автономный округ

686

227

66,90962

Чукотский автономный округ

853

208

75,61547

Республика Ингушетия

2253

876

61,11851

 

Из данной таблицы видно, что что раскрываемость преступлений в различных регионах различная, следовательно и вероятность осуждения лица, совершившего преступление в разных регионах РФ будет различной, поскольку вероятность осуждения лица, за совершение преступления можно будет определить по формуле p=k*P1, где p-вероятность осуждения человека, P1 – процент раскрываемости преступлений, k- коэффициент пропорциональности. Следовательно, исходя из формулы Беккера тяжесть наказания за преступления при одинаковой выгоде должна варьироваться от региона к региону, а для этого уголовное законодательство должно относиться к предмету совместного ведения федерации и ее субъектов, что противоречит пункту о статьи 71 Конституции РФ.

Таким образом анализ формулы Беккера позволяет сделать вывод о том, что в действительности очень сложно подобрать такие значения тяжести и вероятности наказания, чтобы преступление не оплачивалось [13] [37]

2. Существует в действительности обратная зависимость между издержками правоохранительной системы, направленными на предупреждение преступлений и реальным уровнем преступности?

Согласно представлениям некоторых  американских экономистов криминологов существует обратная зависимость между издержками правоохранительной системы, направленными на предупреждение преступлений и реальным уровнем преступности [27] [28] [37] Исходя из этого постулата оказывается возможным оптимизировать уровень преступности, поскольку издержки правоохранительной системы по мере роста преступности, которые направлены на снижение якобы снижаются, а ущерб от совершаемых преступлений растет, следовательно совокупные издержки от преступности вначале падают, а потом растут» [27] [28] [32] [37] Отсюда возникает возможность оптимизации уровня преступности [27] [28] [32] [37] Возникает вопрос, насколько это соответствует действительности. Что касается второго утверждения о том, что с ростом преступности растет и ущерб от совершения преступлений, то оно полностью соответствует действительности. Доказательство очень простое. Пусть ущерб от каждого преступления составляет D(n. Тогда ущерб от совершения L одинаковых преступлений будет равен D(n*L =C, где С – совокупный ущерб от совершения L одинаковых преступлений L – число преступлений. Если же ущерб от каждого преступления разный, то тогда С= k=0nDn  где D (n – ущерб от преступления n/

Что касается же снижения уровня издержек правоохранительной системы на профилактику преступлений по мере роста преступности то тут далеко не все однозначно.

Проблема состоят в том, что сторонники того, что издержки правоохранительной системы, направленные на снижение уровня преступности базируются по сути дела на том, что рост преступности обусловлен недостаточным финансированием правоохранительной системы преступности [27] [28] [32] [37] Однако, возникает вопрос, насколько это утверждение соответствует действительности?  По нашему мнению, использование данного постулата для оптимизации уровня преступности также проблематично. Докажем это. Путь у нас есть два района. Один район благополучный, в котором мало совершается преступлений, вызовы полиции редки. Другой район крайне неблагополучный, где много совершается преступлений, где вызовы полиции часты. Совершенно очевидно, что издержки работы правоохранительной системы в 1 и 2 районах будут различными, во втором районе они будут существенно выше, чем в первом районе. Таким образом крайне спорным становится утверждение о том, что по мере роста преступности издержки правоохранительной системы, направленные на профилактику и сдерживание преступности снижаются в ряде случаев. Вполне возможно, они могут и расти.  Кроме того, данный постулат экономической теории преступлений и наказаний, не в полной мере учитывает все причины и условия преступности. При этом причины преступности преимущественно носят морально – нравственный характер, а условия преступности, в том числе условия осуществления криминальной социализации начинают носить социальный характер [43-46] Отсюда можно сделать вывод о том, что функция показывающая зависимость издержек деятельности правоохранительной системы в зависимости от уровня преступности не носит непрерывный характер, но является точечной функцией, где каждому значению уровня преступности L соответствует своя величина издержек правоохранительной деятельности С [44] Поскольку в действительности не существует однозначной зависимости между уровнем преступности и уровнем издержек правоохранительной системы, следовательно оказывается невозможным при помощи экономических методов определить оптимальный уровень преступности, как это пытаются делать некоторые экономисты криминологи[27] [28] [32] [37]

Таким образом второй постулат о возможности оптимизации уровня преступности, оказывается также очень спорным поскольку в его основе лежит представление о том, что уровень или рост преступности во многом обусловлен слабостью деятельности правоохранительных органов. Но поскольку как уже было показано выше к числу основных детерминант преступного поведения не относится деятельность правоохранительных органов, следовательно и вывод об обратной зависимости уровня преступности от уровня финансирования правоохранительной деятельности в ряде случаев оказывается не совсем верным.

Покажем это на конкретном примере

Анализ данных таблиц показывает, что нет прямой зависимости между количеством преступлений и процентом их раскрываемости, что может свидетельствовать об отсутствии прямой зависимости между количеством сотрудников правоохранительных органов и уровнем преступности, поскольку как известно низкий % раскрываемости преступлений и привлечения лиц к уголовной ответственности за совершенное преступление может способствовать повторному совершению преступления. 

Всего же в 2022 г было зарегистрировано 1966795 преступлений[47], в 2021 г, 2004404 [48], в 2020 – 2044221 [49] в 2019 г- 2024337 [50] в 2018 г – 1991532 [51], в 2017 г – 2058476 [52],  в 2016 г- 2160063 [53] в 2015 г – 2388476 [54] При этом объём финансирования правоохранительных органов составил в 2022 г, 3 490 952,1 [55]  в 2021 г 3 941 581,2 [56] в 2020 г - 3 932 906,0 [57] в 2019 г - 3 711 927,4 [58], в 2018 г 3 626 593,8 [59] в 2017 г 3 396 676,7 [60] в 2016 г - 3 490 952,1 [61] в 2015 г  827 554 720,2 [62]-

Отсюда мы можем составить следующую таблицу

Таблица 3

Уровень преступности и величина расходов на правоохранительную деятельность

Годы

Количество преступлений

Объем финансирования правоохранительной деятельности тыс рублей

Объем затрат финансирования правоохранительной деятельности на 1 преступление=Объем финансирования правоохранительной деятельности/ Количество преступлений в тыс рублей

2022

1966795

3490952,1

1,774945

2021

2004404

3941581,2

1,96646

2020

2044221

3932906,0

1,923914

2019

2024337

3711927,4

1,833651

2018

1991532

3626593,8

1,821007

2017

2058476

3396676,7

1,650093

2016

2160063

3490952,1

1,616134

 

Как мы можем видеть в данном случае также отсутствует зависимость между уровнем финансирования правоохранительной деятельности и реальным уровнем преступности в России. Коэффициент корреляции в данном случае равен -0,254. Такой коэффициент корреляции свидетельствует об отсутствии зависимости между уровнем преступности и величиной финансирования правоохранительной деятельности в России

Следовательно постулат о том, что уровень преступности снижается в зависимости от объема финансирования правоохранительной деятельности, оказывается в данном случае достаточно сомнительным, так как не подтверждается статистическими данными.

3. Соответствует ли действительности утверждение о том, что «ущерб от организованной преступности всегда ниже, чем ущерб от «неорганизованной преступности?[31]

Третьим постулатом экономической теории преступлений и наказаний, который подвергается нашему критическому анализу является постулат «о том, что ущерб от организованной преступности всегда ниже, чем ущерб от «неорганизованной преступности» [31] [37] В качестве основания для такого утверждения по мнению Дж. Бьюкенена является тот факт, что «кривая реакции организованной преступности на деятельность правоохранительных органов лежит ниже кривой реакции неорганизованной преступности на деятельность правоохранительных органов» [31] [37] Данное утверждение является, по нашему мнению, спорным. Да, конечно, количество преступлений совершаемых организованными группами и групповых преступлений значительно ниже, чем общее количество преступлений и групповые преступления легче поддаются раскрытию.

Но, групповые и индивидуальные преступления не являются взаимозаменяемыми, то есть увеличение числа групповых преступлений не влияет по крайней мере однозначно на общее количество совершаемых преступлений. То есть рост организованной преступности не всегда приводит к снижению уровня неорганизованной преступности [63] [64]. Кроме того, при таком подходе игнорируется тот факт, что любая преступность, а тем более организованная преступность всегда оказывает противодействие деятельности правоохранительных органов [65] [66]  Следовательно, организованная преступность обладает большим потенциалом по противодействию правоохранительным органам, чем неорганизованная преступность. Не случайно общественная опасность преступлений, совершенных организованной просторной группой гораздо выше, чем совершенная неорганизованной просторной группой.  Почему, дело все в том, что издержки правоохранительной деятельности, направленные на раскрытие преступлений, совершенных организованной преступной группой гораздо выше, чем в отношении неорганизованной преступности, так как в неорганизованной преступности часто отсутствует момент планирования преступлений, тогда как в организованной преступности они есть всегда. Следовательно, на подавление деятельности организованной преступности нужно затратить гораздо больше усилий, чем на подавление преступности неорганизованной. Соответственно можно сделать вывод о том, что эластичность кривой, показывающей зависимость уровня преступной деятельности от уровня правоохранительной деятельности для организованной преступности, гораздо ниже чем эластичность кривой показывающей зависимость уровня преступной деятельности от уровня правоохранительной деятельности для неорганизованной преступности, что противоречит утверждению некоторых американских да и российских экономистов криминологов «о том, что ущерб от организованной преступности всегда ниже, чем ущерб от «неорганизованной преступности» [31] [37] Почему эластичность кривой, показывающей зависимость уровня преступной деятельности от уровня правоохранительной деятельности для организованной преступности, гораздо ниже, чем эластичность кривой, показывающей зависимость уровня преступной деятельности от уровня правоохранительной деятельности для неорганизованной преступности? Для того, чтобы ответить на данный вопрос, необходимо знать и понимать, что организованная преступность отличается от неорганизованной преступности тем, что во- первых она обладает большими финансовыми возможностями для противодействия деятельности правоохранительных органов, что приводит к росту коррупции среди сотрудников правоохранительных органов, во вторых при повышении давления на организованную преступность со стороны правоохранительных органов, она в состоянии устроить так называемые всплески насилия, которые сопровождаются резким ростом преступности и следовательно резким ростом ущерба от совершаемого преступления; в третьих организованная преступность вполне способна мимикрировать под неорганизованную преступность. Все это свидетельствует о том, что для снижения преступной активности на определенную величину организованных просторных групп, требуется гораздо большая активность правоохранительных органов, чем для снижения преступной активности для неорганизованных преступных групп, на определенную величину, что свидетельствует о несостоятельности тезиса о том, что ущерб от организованной преступности всегда ниже, чем ущерб от «неорганизованной преступности» [31] [37] Таким образом, на основании всего вышеизложенного можно сделать вывод о том, что модель организованной преступности [31] также как и ранее рассмотренные модели неадекватно отражают правовую реальность и не может служить основой для осуществления оптимизации уровня преступности.

Мы рассмотрели основные постулаты и основанные на них модели экономической теории преступлений и наказаний, которые явились предметом исследования, результаты которого изложены в настоящей статье. Подведем итоги.

 

Выводы

1. Анализ постулатов экономической теории преступлений и наказаний, таких как 1 постулат о рациональном поведении преступника. В действительности же поведение преступника не всегда рационально; 2 постулат о том, что уровень преступности обратно пропорционален величине издержек на осуществление правоохранительной деятельности (иными словами чем выше расходы на осуществление правоохранительной деятельности, тем ниже уровень преступности, в действительности же в ряде случаев это далеко не очевидный факт; 3 ущерб от организованной преступности всегда ниже чем ущерб от неорганизованной преступности, поскольку уровень организованной преступности якобы ниже, чем уровень неорганизованной преступности путем построения основанных на них моделях преступности, а также сопоставления этих моделей с существующей реальностью показывает, что к сожалению указанные постулаты и основанные на них модели неадекватно отражают социо правовую реальность.

2. Вследствие этого указанные постулаты и основанные на них экономические модели в ряде случаев не могут быть использованы для оптимизации уровня преступности.

3. Причиной этого на наш взгляд является то, что ученые экономисты в силу специфики предмета экономической науки оперируют определенным набором достаточно ограниченных категорий: польза/вред, доходы/издержки  прибыль/убытки и.т.д, без проверки на их адекватность и достаточность в другой области науки, к которой относится юриспруденция и в частности криминология. При этом экономические детерминанты поведения личности часто объявляется единственными детерминантами при полном игнорировании других детерминаций, в особенности таких как морально – нравственные и юридические детерминанты, социально – психологические, исторические, социокультурные и другие детерминанты.

4. Игнорирование при построении экономических моделей преступности неэкономических детерминантов поведения личности приводит к построению неадекватных моделей, лежащих в основе данной теории и как следствие построению теории, которая неадекватно отражает существующую реальность

5. Вследствие этого осуществлять меры по оптимизации уровня преступности чисто экономическими методами, оказывается невозможным.

6. Для того, чтобы осуществить оптимизацию уровня преступности, если она вообще возможна требуется использование адекватных моделей преступности, которые учитывают все детерминанты преступной деятельности, а не только экономические, что требует проведения отдельных специальных исследований.

Таким образом, на основании всего вышеизложенного можно сделать вывод от том, что для построения адекватных моделей преступности, которые учитывают все детерминанты преступной деятельности, а не только экономические необходимо использовать междисциплинарный подход в исследованиях проблем преступности, а не только экономический подход. Представляется, что подобного рода подход будет более адекватно описывать существующую реальность и поможет разработать более адекватные существующей реальности подходы к оптимизации уровня преступности, нежели те, которые предлагаются сторонниками экономической теории преступлений и наказаний, основные постулаты которой были рассмотрены в данной статье не могут быть использованы для оптимизации уровня преступности.

3. Причиной этого на наш взгляд является то, что ученые экономисты в силу специфики предмета экономической науки оперируют определенным набором достаточно ограниченных категорий: польза/вред, доходы/издержки  прибыль/убытки и.т.д, без проверки на их адекватность и достаточность в другой области науки, к которой относится юриспруденция и в частности криминология. При этом экономические детерминанты поведения личности часто объявляется единственными детерминантами при полном игнорировании других детерминаций, в особенности таких как морально – нравственные и юридические детерминанты, социально – психологические, исторические, социокультурные и другие детерминанты.

4. Игнорирование при построении экономических моделей преступности неэкономических детерминантов поведения личности приводит к построению неадекватных моделей, лежащих в основе данной теории и как следствие построению теории, которая неадекватно отражает существующую реальность

5. Вследствие этого осуществлять меры по оптимизации уровня преступности чисто экономическими методами, оказывается невозможным.

6. Для того, чтобы осуществить оптимизацию уровня преступности, если она вообще возможна требуется использование адекватных моделей преступности, которые учитывают все детерминанты преступной деятельности, а не только экономические, что требует проведения отдельных специальных исследований.

Таким образом, на основании всего вышеизложенного можно сделать вывод от том, что для построения адекватных моделей преступности, которые учитывают все детерминанты преступной деятельности, а не только экономические необходимо использовать междисциплинарный подход в исследованиях проблем преступности, а не только экономический подход. Представляется, что подобного рода подход будет более адекватно описывать существующую реальность и поможет разработать более адекватные существующей реальности подходы к оптимизации уровня преступности, нежели те, которые предлагаются сторонниками экономической теории преступлений и наказаний, основные постулаты которой были рассмотрены в данной статье.

References

1. Bekker G. S. Ekonomicheskiy vzglyad na zhizn' iz nobelevskoy lekcii 9 dekabrya 1992 g [Dnevnik] // Uroven' zhizni naseleniya regionov Rossii.– № 5-6(99-100). - 2006 g.. - str. 17-18.

2. Volosova N.Yu., Filippova E.O., Zhurkina O.V. Problemy preduprezhdeniya prestupleniy, sovershennyh nesovershennoletnimi [Dnevnik] // Rossiyskiy sud'ya № 1. - 2022 g.. - str. 23-26.

3. Garmaev Yu.P., Ivanov E.A., Markuncov S.A. Antikorrupcionnyy komplayns v RF: mezhdisciplinarnye aspekty [Kniga]. - Moskva : SPS Konsul'tant Plyus, 2020.

4. E.D. Vetoshkina, L.A. Voskobitova, Yu.E. Petuhov i dr.; otv. red. L.A. Voskobitova. Zaschita prav i interesov organizaciy i grazhdan: ugolovno- pravovoy, processual'nyy i kriminologicheskiy aspekty. Obschee sostoyanie i regional'naya specifika [Kniga]. - Moskva : Infra-M, 2015.

5. Murygina N. V. Ekonomicheskiy vzglyad na teoriyu prestupleniy i nakazaniy [Konferenciya] // konomicheskaya bezopasnost' i upravlenie innovaciyami : Sbornik statey po itogam mezhdunarodnoy nauchno-prakticheskoy konferencii,. - Saratov : Obschestvo s ogranichennoy otvetstvennost'yu Izdatel'stvo «KUBiK», 2021. - str. 222-225..

6. Braga A. Problem-oriented policing and crime prevention. [Kniga]. - Monsey, NY : Criminal Justice Press, 2008.

7. Du Plessis C. The links between crime prevention and sustainable developmen [Journal] // Open House International.. - 1999 (24). - pp. 33-40.

8. Lewis D. A., Salem G Community crime prevention: An analysis of a developing strateg [Journal] // Crime & Delinquency 27(3). - 198131. - pp. 405-421..

9. Norris F. H., Kaniasty K. A longitudinal study of the effects of various crime prevention strategies on criminal victimization, fear of crime, and psychological distress [Journal] // American Journal of Community Psychology T20 №5. - 1992 . - p. 625.

10. O'malley. P Risk, power and crime prevention [Dnevnik] // Economy and society. T.21 №3. - 1992 g.. - str. 252-275.

11. Tonry M., Farrington D. P. Strategic approaches to crime prevention [Journal] // Crime and justice 19. - 1997. - pp. 1-20.

12. Visher C. A., Weisburd D Identifying what works: Recent trends in crime prevention strategie [Journal] // Crime, Law and Social Chang 28. - 1997. - pp. 223-242.

13. Becker G. Crime and punishment: An economic approach [Dnevnik] // Journal of political economy, 76(2),. - 1968 g.. - str. 169-217..

14. Coffee. Jr J. C. Corporate crime and punishment: A non-Chicago view of the economics of criminal sanctions [Dnevnik] // Am. Crim. L. Rev. T17. - 1979 g.. - str. 419.

15. Cohen. M. A. The Economics of Crime and Punishment: Implications for Sentencing of Economic Crimes and New Technology Offenses [Dnevnik] // Geo. Mason L. Rev. 9. - 2000 g.. - str. 503.

16. Di Tella., R., Dubra., J. Crime and punishment in the “American Dream” [Dnevnik] // Journal of Public Economics T.92 N 7. - 2008 g.. - str. 1564-1584.

17. Dollery., B., Wallis., J. An economic perspective on crime and punishment in modern Australia [Dnevnik] // Agenda: A Journal of Policy Analysis and Reform.. - 1996 g.. - str. 235-240.

18. Donohue III. J. J Economic models of crime and punishment [Dnevnik] // Social research. - 1997 g.. - str. 379-412.

19. Ehrlich. I. Crime and punishment [Dnevnik] // Social Economics. - 1989 g.. - str. 4-9.

20. Firey. W Limits to Economy in Crime and Punishmen [Dnevnik] // Social Science Quarterly. - 1969 g.. - str. 72-77.

21. Harcourt. B. E. Beccaria's' On Crimes and Punishments': A Mirror on the History of the Foundations of Modern Criminal Law [Razdel knigi] // Foundational Texts in Modern Criminal Law / avt. knigi Dubber. Markus. - 2013.

22. Horowitz. J. Corruption, crime, and punishment: Recent scholarship on Latin America [Dnevnik] // Latin American Research Review. T40 №1. - 2005 g.. - str. 268-277.

23. Kelaher., R., Sarafidis., V. Crime and punishment revisited [Kniga]. - 2011.

24. Klevorick. A. An economic theory of the criminal law [Dnevnik] // NOMOS: Am. Soc'y Pol. Legal Phil T.27. - 1985 g.. - str. 289.

25. Krafft Caroline Economics for the Greater Good [Kniga]. - 2019.

26. Paganelli., M. P., Simon., F. Crime and Punishment: Adam Smith’s Theory of Sentimental Law and Economics [Dnevnik] // Journal of the History of Economic Thought. T.4 №2. - 2022 g.. - str. 268-287.

27. Phillips L., Votey Jr H. L., Maxwell., D Crime, youth, and the labor market [Dnevnik] // Journal of Political Economy. T.80 №3 Part 1. - 1972 g.. - str. 491-504..

28. Phillips L., Votey., H. L. The economics of crime control. [Kniga]. - [b.m.] : Beverly Hills, CA : Sage Publications, 1981..

29. Posner. R. A. An economic theory of the criminal law [Razdel knigi] // The Economics of Public Law.. - [b.m.] : Edward Elgar Publishing,, 2001.

30. Pyle David J. The economic approach to crime and punishmen [Dnevnik] // Journal of Interdisciplinary Economics 6.1 . - 1995 g.. - str. 1-22.

31. Buchanan. J. M A defense of organized crime [Dnevnik] // The economics of crime and punishment. T. 119. . - 1973. g.. - str. 119.

32. Ehrlich. I. Crime and punishment [Dnevnik] // Social Economics. - 1989 g.. - str. 4-9.

33. Vorob'ev., V. A., Budiev., Yu. V., Antuf'ev., A. A Kauzal'noe modelirovanie istorii chelovechestva. Metod i rezul'taty [Konferenciya] // Imitacionnoe modelirovanie. Teoriya i praktika. - 2017. - str. 94-99.

34. Guimarães C. A. G., do Nascimento W. N TEORIA ECONÔMICA DO CRIME: considerações a partir da obra de Gary Becker [Dnevnik] // Revista Ceuma Perspectivas. - 2022 g.. - 2 : T. 37. - str. 22.

35. Paganelli M. P., Simon F Crime and punishment: Adam Smith’s theory of sentimental law and economic [Dnevnik] // Journal of the History of Economic Thought.. - 2022 g.. - 2 : T. 44. - str. 268-287..

36. Sarel R. Crime and punishment in times of pandemics [Dnevnik] // European Journal of Law and Economics.. - 2022 g.. - 2 : T. 54. - str. 155-186..

37. Naumov Yu.G., Latov., Yu.V. Ekonomicheskaya bezopasnost' i tenevaya ekonomika [Kniga]. - Moskva : Akademiya upravleniya MVD Rossii, 2016.

38. Krafft Caroline Economics for the Greater Good [Kniga]. - 2019.

39. Agapov.,A.F Barinova., L.V., Grib.,V.G. i dr.; pod red. V.D. Malkova. Kriminologiya [Kniga]. - Moskva : Yusticinform, 2006.

40. Rud'. V. G. Tipy lichnosti nesovershennoletnego nasil'stvennogo prestupnika [Dnevnik] // Vestnik Krasnodarskogo universiteta MVD Rossii. №1. - 2012 g.. - str. 58-63.

41. Petrazhickiy. L.I, Teoriya prava i gosudarstva v svyazi s teoriey gravstvennosti [Kniga]. - Moskva : Yurayt, 2022.

42. Pokazateli prestupnosti v Rossii/Reyting/PORTAL PRAVOVOY STATISTIKI/ http://crimestat.ru/offenses_rate (data obrascheniya 17.08.2023 g)

43. Volkov., A. A. Volkov.,M. A. Volkova.,V. M. Preduprezhdenie podrostkovoy prestupnosti [Dnevnik] // Vestnik Severo-Kavkazskogo gumanitarnogo instituta № 3. - 2016 g.. - str. 92-97.

44. Wee. H On obfuscating point functions [Dnevnik] // Proceedings of the thirty-seventh annual ACM symposium on Theory of computin. - 2005 g.. - str. 523-532.

45. Kozlov., V. E. . Chumakov.,D. V. Ivanov.,A. V. Ritual - kak forma socializacii v sovremennoy ulichno-kriminal'noy subkul'ture / [Dnevnik] // Kazanskiy pedagogicheskiy zhurnal. - 2022 g.. - str. 244-252.

46. Yusupova. S. I. K voprosu o socializacii nesovershennoletnih v usloviyah vliyaniya kriminal'noy sredy i istokah ih protivopravnogo i antiobschestvennogo povedeniya [Dnevnik] // Pravo i praktika № 3. - 2021 g.. - str. 67-70.

47. Sostoyanie prestupnosti v Rossii za yanvar' – dekabr' 2022 goda//https://xn--b1aew.xn--p1ai/reports/item/35396677/ (data obrascheniya 17.08.2022 g.)

48. Sostoyanie prestupnosti v Rossii za yanvar' – dekabr' 2021 g // https://xn--b1aew.xn--p1ai/reports/item/28021552/

49. Sostoyanie prestupnosti v Rossii za yanvar' – dekabr' 2020 g. // https://xn--b1aew.xn--p1ai/reports/item/22678184/ (data obrascheniya 17.08.2022 g.)

50. Sostoyanie prestupnosti za yanvar' – dekabr' 2019 g g//https://xn--b1aew.xn--p1ai/reports/item/19412450/(data obrascheniya 17.08.2022 g.)

51. Sostoyanie prestupnosti za yanvar' – dekabr' 2018 g.// https://xn--b1aew.xn--p1ai/reports/item/16053092/ data obrascheniya 17.08.2022 g.)

52. Statistika prestupnosti za yanvar' – dekabr' 2017 g // https://xn--b1aew.xn--p1ai/reports/item/12167987/ data obrascheniya 17.08.2022 g.)

53. Statistika prestupnosti za yanvar' – dekabr' 2016 g// https://xn--b1aew.xn--p1ai/upload/site1/document_news/009/338/947/sb_1612.pdf (data obrascheniya 17.08.2023 g

54. Statistika prestupnosti za yanvar' – dekabr' 2015 g// https://xn--b1aew.xn--p1ai/upload/site1/document_file/sb_1512.pdf (data obrascheniya 17.08.2023 g

55. Federal'nyy zakon o federal'nom byudzhete na 2022 g i na planovyy period 2023 i 2024 godov"//SPS Konsul'tant Plyus

56. Federal'nyy zakon ot 08.12.2020 N 385-FZ O federal'nom byudzhete na 2021 god i na planovyy period 2022 i 2023 godov"//SPS Konsul'tant Plyus

57. Federal'nyy zakon ot 02.12.2019 N 380-FZ (red. ot 18.03.2020) "O federal'nom byudzhete na 2020 god i na planovyy period 2021 i 2022 godov"//SPS Konsul'tant Plyus

58. Federal'nyy zakon ot 29.11.2018 N 459-FZ (red. ot 02.12.2019) "O federal'nom byudzhete na 2019 god i na planovyy period 2020 i 2021 godov"//SPS Konsul'tant Plyus

59. Federal'nyy zakon ot 05.12.2017 N 362-FZ (red. ot 29.11.2018) "O federal'nom byudzhete na 2018 god i na planovyy period 2019 i 2020 godov"// SPS Konsul'tant Plyus

60. Federal'nyy zakon ot 19.12.2016 N 415-FZ (red. ot 14.11.2017) "O federal'nom byudzhete na 2017 god i na planovyy period 2018 i 2019 godov" SPS Konsul'tant Plyus

61. Federal'nyy zakon ot 14.12.2015 N 359-FZ (red. ot 22.11.2016) "O federal'nom byudzhete na 2016 god"// SPS Konsul'tant Plyus

62. Federal'nyy zakon ot 01.12.2014 N 384-FZ (red. ot 28.11.2015) "O federal'nom byudzhete na 2015 god i na planovyy period 2016 i 2017 godov"//SPS Konsul'tant Plyus

63. Kleemans, E., & Van Koppen, Organized crime and criminal careers [Dnevnik] // Crime and Justice. - 2020 g.. - 1 : T. 49. - str. 385-423.

64. Trejo G., Ley S Votes, drugs, and violence: The political logic of criminal wars in Mexico. [Kniga]. - [b.m.] : Cambridge University Press,, 2020.

65. Bochkareva. E. V., Organizovannaya prestupnost' kak forma samodeterminacii prestupnosti [Dnevnik] // Spirit Time №12. - 2018 g.. - str. 76-77.

66. Kaliev. T. T. Sootnoshenie organizovannoy prestupnosti s korrupcionnoy prestupnost'yu [Dnevnik] // Pravo i gosudarstvo: teoriya i praktika. – 5. - 2020 g.. - str. 201-204.


Login or Create
* Forgot password?