Становление проблематики справедливого государственного устройства не вписывается в определенные временные рамки, но логически связывается уже с появлением государственности. С этого момента началась борьба за установление принципа справедливости, на котором могла бы основываться жизнь всего общества. Но наука отторгала это понятие, оказавшееся столь многогранным, что для каждого исследователя оно приобретало новую форму, соответствующую его представлениям о ней. Так, в древнегреческой философии права целью государства являлось достижение абсолютной, «божественной» справедливости (Платон [1]); в идеологии коммунистов справедливость выступала в роли социального, уравнивающего начала; в современной юридической науке она понимается как формальное правовое равенство (в либертарной концепции). Естественно, нынешние ученые, опираясь на неудачи предшественников в трактовке данной категории, пытаются придать ей характер универсальной ценности, реализуемой посредством закона, ведь именно закон имеет высшую юридическую силу, необходимую для воплощения идеи справедливости через признаки всеобщности и обязательности.Казалось бы, исследуемая категория законодательно закреплена в России: об этом свидетельствуют принципы справедливого наказания в уголовном праве (ст. 6 УК РФ), равенства перед законом и судом, возмещения морального (ст. 1101 ГК РФ) и материального вреда (ст. 15 ГК РФ) и др. Эти положения, подтверждающие российский статус правового государства, относительны и являются лишь воплощением действия справедливости в конкретных жизненных ситуациях. Между тем в конституционной регламентации нуждается важнейшая сторона данной категории, относящаяся к обществу в целом, влияющая на расстановку в государстве политических сил — справедливость экономическая, или справедливое распределение богатства.