Сравнение является центральной категорией всякой компаративистской методологии. Не составляет исключения сравнительно­правовая методология, ибо весь сравнительно­правовой анализ строится на основе сравнения как важной методологической процедуры. Несмотря на существенную методологическую значимость данной процедуры, многие вопросы теории правового сравнения до сих пор не стали предметом специального критического анализа. Следовательно, наряду с другими, такие важные вопросы указанной теории, как когнитивные возможности правового сравнения и его разновидности, не исследовались на должном уровне. Рассмотрение и посильное решение этих проблем является задачей настоящей работы.Когнитивные возможности правового сравнения как методологической процедурыВ специальной литературе познавательные возможности сравнения, да и в целом сравнительно­правовой методологии, подвергаются сомнению. Некоторыми учеными утверждается, что якобы сравнение, сравнительный метод не дает нового знания. Считается, что в правоведении, как и в других общественных науках, «сравнение может применяться лишь в отношении известных признаков известных явлений, а основанные на нем дальнейшие выводы служат лишь классификации, систематизации и обобщению уже приобретенных знаний. …Применение сравнительного метода служит только пополнению знаний, приобретенных другими средствами; оно способно лишь дополнить, осветить под новым углом зрения наши знания о сущности изучаемых явлений» [1]. Согласно другому мнению, нельзя «рассматривать сравнение как метод познания сущностных, глубинных сторон исследуемого» [2]. Тем самым утверждается вторичная, производная природа знаний получаемых при помощи сравнения, сравнительно­правовой методологии.Действительно ли правовое сравнение, значит и сравнительное правоведение, не производит новое знание, как это утверждается некоторыми учеными? Ведь важным эпистемологическим критерием научности любой отрасли знания является не просто научный характер получаемых здесь знаний, а непосредственная нацеленность ее на достижение новых научных знаний и/или знаний, целенаправленных на дальнейшее познание и преобразование объекта.Критический анализ специальной литературы по этому вопросу свидетельствует о том, что, во­первых, такой взгляд основывается на ограниченном понимании функций сравнения, согласно которому роль этой методологической процедуры сводится просто к констатации наличия сходств и различий в сравниваемых объектах, а в такой констатации не содержится никакого другого знания, кроме знания, которое чаще всего известно до самого процесса сравнения. При этом сравнение представляется как самоцель сравнительно­правовых исследований, а установление указанных отношений (сходств и различий) — единственная функция сравнения.