В основе создания этого фундаментального нормативного акта, который в своих предположениях должен был определить статус образованного благодаря положениям Венского конгресса в 1815 г. Царства Польского, лежал не только опыт поляков и литовцев после окончательного падения в 1795 г. польско-литовской государственности, но также, или прежде всего, государственный интерес Российской империи и стремления молодого императора — Александра I [1], который в своих выступлениях выразил готовность еще до 1812 г. восстановить Царство Польское и присоединить к нему значительную часть земель бывшего Великого княжества Литовского, включенных в результате разделов в пределы Российской империи, кроме Беларуси, определяя будущие границы польско-русские на линии Западной Двины, Березины и Днепра [2]. В письме, направленном на руки князя Адама Ежего Чарторыйского от 11 февраля 1811 г., Александр I сформулировал этот взгляд expressis verbis, написав: «Россия обязуется восстановить Польшу. Под этим восстановлением понимаю восстановление и включение в государство всего того, что составляло бывшую Польшу, а сегодня является русскими провинциями, кроме одной только Белоруси, таким образом, чтобы Западная Двина, Березина и Днепр составляли границу Польши» [3]. Однако кажется, что в значительной степени эти высказывания были только тактического характера, хотя нельзя исключить, что взгляды императора по польскому вопросу с каждым годом эволюционировали. Еще в 1809 г. граф Николай Петрович Румянцев в письме, направленном главнокомандующему русской армией на Западе, генералу пехоты, князю Сергею Федоровичу Голицыну, информировал его о разговоре с Александром I, в котором он искренне рассматривал вопрос целесообразности восстановления Польши, также в территориальном контексте, а значит, о возможном возврате захваченных Россией земель, и выражал озабоченность, касающуюся возникновения в будущем возможных конфликтов между поляками и русскими [4]. Однако растущее осознание неизбежности конфликта с наполеоновской Францией стало причиной тому, что в выступлениях Александра I все чаще появлялась тема восстановления польской государственности и получения симпатии поляков в споре с императором французов [5].