Основу общества составляет постоянное и целенаправленное социальное взаимодействие его участников. Исключительно важные сферы социальных связей между членами общества регулируются нормами права, поэтому социальное общение в этих областях происходит в форме правовых отношений. В этом качестве оно протекает и в сфере уголовного процесса.Сегодня в общем виде правоотношения можно определить как урегулированные правом волевые общественные отношения, участники которых наделены субъективными правами и юридическими обязанностями [1]. В делении правоотношений по отраслевой принадлежности большое значение имеет разграничение материально-правовых и процессуальных правоотношений. Однако если материальным правоотношениям в общей теории права уделено достаточно внимания, то специфика процессуальных отношений в общетеоретическом смысле становилось предметом внимания ученых гораздо реже.Не вызывает сомнений, что процессуальные правоотношения возникают на базе процессуальных норм и производны (вторичны) от материально-правовых отношений [2. С. 410]. В связи с этим во многих работах, посвященных процессуальным правоотношениям, объяснение природы, содержания, структуры и назначения процессуальных правоотношений проводится по аналогии с моделью материально-правовых отношений, что не способствует раскрытию особенностей процессуальных правоотношений [3. С. 92].Тем не менее ряд авторов все же предпринимали попытки выделить особенности процессуальных правоотношений в целом. Наиболее полной представляется система признаков, предложенная В. П. Божьевым [4. С. 90]:процессуальные правоотношения могут существовать не иначе как в форме правовых. Вне правовой формы, в виде лишь фактических отношений они существовать не могут. Как верно отмечает Л. С. Явич, в процессуальных правоотношениях форма сливается с фактическим содержанием правоотношения [5. С. 226];в процессе их реализации применяются нормы не только процессуального, но и материального права. Процессуальные нормы являются формой реализации и проявления норм материального права в фактических отношениях;для всех процессуальных правоотношений в совокупности существует общий, а для каждого индивидуального правоотношения – специальный объект;процессуальным правоотношениям свойственны системность и множественность. В отличие от материальных правоотношений, каждое из которых может существовать само по себе, процессуальные отношения множественны, при этом они связаны между собой и могут существовать лишь в определенной системе;они многосубъектны. В процессуальные правоотношения вступает широкий круг участников с различным процессуальным положением и процессуальными интересами.Все эти признаки нашли отражение в уголовно-процессуальных правоотношениях, сложная природа которых вызывает неоднозначные оценки и характеристики в системе правоотношений. В первую очередь это обусловлено тем обстоятельством, что они имеют органическую связь с уголовно-материальными отношениями. Характер этой связи ученые-процессуалисты интерпретировали по-разному. Одни авторы вообще не видят различий между данными группами правоотношений [6. С. 146]. Другие говорят, что уголовно-правовые отношения в процессе их установления и реализации по конкретному делу принимают сначала форму уголовно-процессуальных, а затем уголовно-исполнительных и завершаются в момент погашения или снятия судимости, чем отрицается самостоятельное содержание уголовно-процессуальных отношений [7. С. 19; 8. С. 132].Не вызывает сомнения, что уголовный процесс прежде всего существует для обеспечения применения норм уголовного права. Однако не совсем верно сводить функции уголовно-процессуальных правоотношений только к обслуживанию потребностей реализовать нормы уголовного права. Наличие тесной связи уголовных и уголовно-процессуальных отношений не исключает самостоятельного содержания последних [9. С. 7–18]. По нашему мнению, назначение уголовно-процессуальных правоотношений наряду с применением уголовно-правовых норм заключается в решении специфических задач – защита и обеспечение прав потерпевшего, реабилитация каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию, и т. д.Уголовно-правовые отношения выступают детерминантой уголовно-процессуальных отношений. При этом следует отметить, что наличие уголовного правоотношения не всегда влечет за собой возникновение уголовно-процессуальных правоотношений. Возможны случаи, когда совершенное преступление по различным причинам носит латентный характер и информация о нем не доходит до правоохранительных органов. В данном случае уголовное правоотношение возникает и продолжается вплоть до истечения установленного для конкретного вида преступления срока давности привлечения лица к уголовной ответственности. Уголовно-процессуальные отношения при этом отсутствуют.Уголовные и уголовно-процессуальные правоотношения имеют существенные различия во времени и основаниях возникновения. Иными словами, если юридическим фактом возникновения уголовно-правовых отношений служит факт совершения преступления, то уголовно-процессуальные отношения возникают в результате действий по расследованию этого преступления после получения правоохранительными органами и должностными лицами информации о готовящемся или совершенном преступлении. Кроме того, отличия уголовно-материальных правоотношений от уголовно-процессуальных наблюдаются в субъектном составе: круг субъектов уголовно-процессуальных правоотношений значительно шире, чем уголовно-материальных правоотношений, и может изменяться на различных этапах уголовного процесса. Даже по предварительному анализу этих признаков можно сделать вывод, что уголовно-процессуальные правоотношения имеют тесную связь с уголовно-правовыми отношениями (в уголовно-процессуальном отношении реализуются нормы не только процессуального, но и материального права), возникают на их фоне, однако не тождественны им.Еще одной важна особенность указанных правоотношений – они имеют корреспондирующий характер отношений сторон [10. С. 97]. Данный признак подразумевает, что участники уголовно-процессуальных правоотношений наделены взаимными юридическими правами и обязанностями. Принцип взаимности прав и обязанностей означает, что интересы одного субъекта могут быть реализованы лишь посредством соответствующего поведения другого. В то же время каждый из субъектов, осуществляя то или иное право, тем самым выполняет соответствующую обязанность, вне которой невозможна реализация конкретного процессуального права.Некоторые авторы обращали внимание на то, что уголовно-процессуальные правоотношения всегда представлены как отношения органа власти и гражданина [11. С. 73–78]. Однако данное утверждение, на наш взгляд, не вполне применимо к современному уголовному процессу. Известно, что значительное место в системе уголовного судопроизводства занимают отношения только между представителями власти (между судом и следователем, следователем и руководителем следственного органа и т. д.), а также между субъектами, не наделенными правом властного веления. Например, в соответствии с ч. 3 ст. 86 УПК РФ защитник вправе собирать доказательства путем получения предметов, документов, опроса лиц с их согласия, истребования различных документов от органов государственной власти, местного самоуправления, различных организаций, которые обязаны предоставить защитнику запрашиваемые сведения (п. 1 ч. 3 ст. 6 Федерального закона от 31 мая 2002 г. № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» [12]).Другая особенность исследуемых правоотношений в том, что они возникают, изменяются и прекращаются в неразрывной связи с уголовно-процессуальной деятельностью. Следует согласиться с мнением Л. М. Володиной о том, что уголовно-процессуальные действия невозможны вне правоотношений. Это объясняется тем, что именно уголовно-процессуальные действия порождают правоотношения. Таким образом, эти правовые явления одновременны и существовать отдельно друг от друга не могут [13. С. 139]. На наш взгляд, необходимо согласиться с мнением М. С. Строговича в отношении того, что уголовно-процессуальные правоотношения и уголовно-процессуальная деятельность соотносятся как содержание и форма [14. Т. 1. С. 34].Поскольку уголовно-процессуальная деятельность носит стадийный характер, уголовно-процессуальные правоотношения развиваются строго последовательно. Отсюда вытекают следующие особенности исследуемых правоотношений – их многостадийность, изменчивость (по сравнению с постоянством уголовных правоотношений) и прерывность [4. С. 90–92] (в зависимости от определенных в УПК РФ обстоятельств, уголовно-процессуальная деятельность, следовательно, и уголовно-процессуальные правоотношения могут прерываться до устранения этих обстоятельств). В период реализации уголовной ответственности в том или ином соотношении действуют нормы уголовного, уголовно-процессуального и уголовно-исполнительного права, продолжают существовать уголовно-правовые отношения, возникают уголовно-исполнительные правоотношения, в соответствующих случаях возобновляются и уголовно-процессуальные правоотношения [15. С. 70].Уголовно-процессуальные правоотношения в стадии исполнения приговора входят в общую структуру системы правоотношений в сфере уголовного судопроизводства. Следовательно, они наделены всеми признаками процессуальных отношений, рассмотренными выше. Однако данные правоотношения присущи довольно необычной и особенной стадии уголовного процесса, сложность и своеобразие которой определяются комплексным характером правоотношений на стадии исполнения приговора, поскольку они регулируются тремя отраслями права: уголовно-процессуальным, уголовным и уголовно-исполнительным. Как стадия исполнение приговора представляет собой самостоятельный этап уголовного судопроизводства, содержание которого составляет уголовно-процессуальная деятельность, связанная с обращением приговора к исполнению и рассмотрением вопросов, обусловленных его исполнением.На данной стадии нормы уголовного (предусматривающие возможность применения конкретного основания корректировки приговора), уголовно-исполнительного (регламентирующие процесс подготовки и представления соответствующих материалов в суд) и уголовно-процессуального права (закрепляющие факт вступления приговора в законную силу и порядок рассмотрения и разрешения вопросов, связанных с его исполнением) выступают предпосылками возникновения соответствующих уголовно-процессуальных правоотношений. Фактически уголовно-процессуальные правоотношения на стадии исполнения приговора предопределены уголовно-правовыми и уголовно-исполнительными нормами, существуют во временном промежутке, который начинается со вступления приговора в законную силу и заканчивается снятием или погашением судимости.Уголовно-процессуальные правоотношения, возникающие при исполнении приговора, носят многоаспектный характер. Помимо правоотношений, возникающих по поводу вступления приговора в законную силу и обращения его к исполнению, уголовно-процессуальные правоотношения могут складываться и по поводу решения различных вопросов, перечисленных в ст. 397 УПК РФ, образуя при этом каждый раз новое самостоятельное судебное производство. Основаниями для возбуждения такого производства служат предусмотренные нормами уголовного, уголовно-процессуального и уголовно-исполнительного законодательства обстоятельства, изменяющие условия реализации приговора суда. Поводами к возбуждению производства по рассмотрению и решению вопросов, связанных с исполнением приговора, выступают ходатайство лица или представление соответствующего учреждения или органа в соответствии с ч. 1 ст. 399 УПК РФ.Такое дополнительное производство по рассмотрению и решению вопросов, связанных с исполнением приговора, представляет собой своеобразную «стадию внутри стадии», поскольку оно также имеет все признаки, присущие стадиям уголовного процесса: границы (с момента поступления ходатайства или представления в суд); цель (создание оптимальных условий для эффективного исполнения приговора); круг субъектов (который в отдельных случаях значительно шире круга субъектов, участвующих при обращении приговора к исполнению); определенную процессуальную форму (установленную нормами раздела гл. 47 УПК РФ); специфику уголовно-процессуальных правоотношений и итоговое процессуальное решение (постановление). Однако признать производство по рассмотрению и решению вопросов, связанных с исполнением приговора, полноценной самостоятельной стадией уголовного судопроизводства вряд ли возможно. Предмет процесса на всем протяжении должен оставаться неизменным. По логике, стадия решения вопросов, связанных с освобождением от отбытия или изменения наказания, следующая за стадией приведения приговора, определения и постановления суда к исполнению [16. С. 91], должна иметь своим предметом деятельность, связанную с реализацией приговора суда. Однако, как отмечает О. В. Воронин, здесь предметом рассмотрения является вопрос изменения уголовно-правового отношения, а не его реализации [17. С. 38–39]. Поэтому выносить производство по рассмотрению и решению вопросов, предусмотренных ст. 397 УПК РФ, в самостоятельную стадию уголовного процесса, по нашему мнению, не вполне логично.Рассмотрение особенностей уголовно-процессуальных правоотношений на стадии исполнения приговора позволило сформулировать следующее определение: уголовно-процессуальные правоотношения на стадии исполнения приговора представляют собой общественные отношения, урегулированные нормами уголовно-процессуального права, возникающие для реализации уголовно-правовых и уголовно-исполнительных правоотношений, складывающиеся между различными субъектами в связи с обращением приговора к исполнению и производством по рассмотрению и решению вопросов, связанных с его исполнением.